Медицинское оборудование, медицинская техника

Поставить закладку Сделать стартовой О проекте Помощь
MyMed.su | вся медицина России и стран СНГ
расширенный поиск

Развитие гигиены в 19-м веке

Версия для печати

Влияние капитализма на состояние здоровья населения. Развитие про­мышленного капитализма в странах Европы в XIX веке, рост и кон­центрация промышленности сопровождались значительным увеличением числа наемных рабочих и ростом населения городов. Жилищный фонд городов отставал от количественного увеличения пролетариата. Усиление и обогащение буржуазии происходило за счет разорения, неслыханных страданий народных масс и чудовищной эксплуатации населения коло­ний. Резко поляризовались общественные классы, росло рабочее движе­ние, обострялась классовая борьба.

При росте промышленности ухудшались условия труда и быта рабо­чего класса. Маркс и Энгельс показали, что многие болезни трудящихся при капитализме являются результатом производственных отношений капиталистического строя, неизбежным следствием и в то же время необ­ходимым условием существования капиталистического способа производ­ства, выражением сформулированного Марксом всеобщего закона капи­талистического накопления и закона относительного перенаселения. Маркс и Энгельс дали потрясающие по своей обличительной силе картины бед­ственного положения английского рабочего класса в середине XIX века. В своей работе «Положение рабочего класса в Англии» Энгельс показал, что английские рабочие при капитализме чаще болеют, раньше теряют трудоспособность и становятся инвалидами, больше и раньше умирают вследствие условий своего труда и своего быта. Маркс и Энгельс пока­зали, что единственный путь борьбы за создание условий, обеспечиваю­щих сохранение и улучшение здоровья, есть путь революционной борьбы за свержение капитализма и установление диктатуры пролетариата в це­лях построения социалистического общества. Наряду с общими и ре­шающими путями преобразования капиталистического общества Маркс и Энгельс наметили конкретные пути и перспективы развития охраны здоровья народных масс при социалистическом способе производства.

Правящие круги капиталистических стран в XIX веке были вынуж­дены осуществлять мероприятия, несколько смягчающие неблагоприятные санитарные условия труда и быта рабочих. Через парламенты и муни­ципалитеты буржуазия проводила санитарные акты, законы и постанов­ления,  обязывающие предпринимателей  нести    расходы    на    улучшение условий труда на фабриках, владельцев домов  в городах — на коммуналь­ные мероприятия (водопровод, канализацию). Буржуазия была вынуж­дена принимать эти санитарные меры, которые в известной (правда, не­значительной) степени снижали прибыль предпринимателей и доходы домовладельцев. В XIX веке английская буржуазия пошла на уступки и ввела ограничения в эксплуатации рабочих капиталистами: были при­няты законы, ограничивающие труд детей, подростков и женщин и пред­писывающие соблюдение санитарных правил на фабриках. В 30-х годах XIX века в Англии была создана комиссия по изучению эпидемий хо­леры. С 1840 г. но требованию рабочих и под руководством врачей анг­лийский парламент провел обследование санитарного состояния городов и их рабочих кварталов. В результате этих обследований был принят ряд мер по санитарному устройству городов.

РАЗВИТИЕ ГИГИЕНЫ В XIX ВЕКЕ1

Причины, побуждавшие правителей буржуазных государств зани­маться осуществлением санитарных мероприятий для вcero населения, были сложны и противоречивы. Главными причинами явились: возник­шее и нарастающее движение рабочего класса, борющегося за улучшение условий своего труда и быта, эпидемические заболевания, широко рас­пространившиеся в перенаселенных и неблагополучных в санитарном отношении городах. Ограничить применение детского труда в промыш­ленности и заботиться о поднятии здоровья подростков заставило изме­нение характера войн, ставших при капитализме массовыми и потребо­вавших огромных армий, состоящих из физически крепкой молодежи. Проводимые буржуазией санитарные мероприятия носили вынужденный характер. Буржуазия стремилась возможно меньше дать и при первой возможности взять обратно то, что она должна была уступить в период революционного подъема. В конце XIX века под давлением рабочего движения правительство «железного канцлера» Германии Бисмарка вы­нуждено было ввести социальное страхование, имеющее целью дать ра­бочим возможность получать медицинскую помощь. Основным двигате­лем социальных реформ в 30—40-х годах XIX века было революционное рабочее движение. Маркс и Энгельс вскрыли ограниченность санитарных мероприятий, проводимых буржуазией, и неспособность их разрешить вопросы оздоровления условий жизни трудящихся масс. Маркс и Энгельс разоблачили классовые корни буржуазного реформизма и тех санитар­ных мероприятий, которые при капитализме проводит буржуазия в своих интересах, стремясь «отгородить» себя от болезней пролетариата.

Экспериментальная гигиена. Гигиена как самостоятельная научная дисциплина начала развиваться в XIX веке. Зачатки гигиены в предуп­реждении заболеваний существовали задолго до этого. Народная меди­цина в своем многовековом опыте наряду с приемами лечения накапли­вала приемы предупреждения болезней. Уже в ранние периоды суще­ствования человеческого общества имелись зачатки народной гигиены в области питания, устройства жилища, одежды. Постепенно расширялся народный опыт по предупреждению болезней и в практику врачей вхо­дили указания гигиенического характера — о здоровой пище, воде, уходе за детьми, содержании домов и т. п. Диететика охватывала вопросы лич­ной гигиены и была тесно связана с лечебной медициной. Ряд установ­ленных народным опытом гигиенических требований общественного по­рядка получил оформление в нормативных законодательных документах (различных санитарных регламентах, правилах и т. д.), в которых в ос­новном содержались указания запретительного характера. Возникла так называемая медицинская полиция, которая была объединена с судебной медициной. До XIX века гигиены как самостоятельной науки не суще­ствовало. В ряде стран передовые    врачи    выступали с предложениями гигиенического характера. В Германии в 1798 г. вышло сочинение Гуфер-ланда «Макробиотика или искусство продления человеческой жизни», в котором были разработаны правила личной гигиены. В 1799—1819 гг. И. П. Франк напечатал сочинение в 6 томах «Полная система медицин­ской полиции», где обобщил имевшиеся к тому времени знания по обще­ственной гигиене и здравоохранению. Обе эти книги отражали идеи эпохи поднимающегося капитализма и в первую очередь были предназначены для обслуживания интересов господствующих классов.

В прямой связи с ходом общественного развития в XIX веке произо­шли существенные изменения в положении и характере гигиены как науки. В XIX веке, особенно во второй половине его, гигиена сложилась и развилась как особая отрасль медицинской науки. Основной предпо­сылкой оформления гигиены служило развитие капитализма — быстрый рост промышленности и городов. В непосредственной связи с развитием капиталистических общественных отношений находилось нарастание ре­волюционного движения, требований об улучшении условий труда и быта. Частые эпидемии вызывали необходимость в санитарных меро­приятиях, а проведение их требовало научного обоснования. Большие успехи естествознания в XIX веке способствовали разработке вопросов гигиены как науки. Возникновение научной гигиены как самостоятельной научной дисциплины было непосредственно связано с развитием физики, химии, физиологии, позднее — микробиологии и других отраслей естест­венных наук. Успехи естествознания сделали закономерным формирова­ние гигиены к середине XIX века и ее быстрое развитие во второй по­ловине его. Буржуазия, вынужденная проводить санитарные мероприятия в целях самозащиты от эпидемий и болезней, свирепствовавших среди рабочего класса, искала научные обоснования этих мероприятий. Это привело врачей к применению в области гигиены экспериментальных ме­тодов исследования, разработанных естествознанием. Во второй половине XIX века естественные науки вооружили гигиену экспериментально-лабо­раторными методами исследования. Широкое применение методов естест­венных наук к изучению внешней среды во второй половине XIX столе­тия изменило характер гигиены. С середины XIX века гигиена вполне закономерно стала именоваться экспериментальной и выделилась как отдельная отрасль медицинской науки и как особый предмет преподава­ния при подготовке врачей.

В связи с развитием промышленности и ростом городов в первой половине XIX века в Англии были начаты исследования по промышлен­ной санитарии. В 1832 г. в Англии был принят закон об обследовании состояния фабрик, а в 1833 г. акт, запрещающий ночную работу подро­стков и детей и устанавливающий для них 12-часовой рабочий день, была создана фабричная инспекция и установлены ее права. Маркс высоко оценил одного из первых инспекторов Хорнера. «Леонард Хорнер, один из членов комиссии 1833 г. для исследования фабрик и фабричный инспек­тор, по существу цензор фабрик до 1859 г., оказал бессмертные услуги английскому рабочему классу» . Хорнер выступал за сокращение рабо­чего дня на фабриках, доказывал вредность для здоровья рабочих про­должительного рабочего дня, указывал на необходимость ограждения машин во избежание несчастных случаев и требовал установления ответ­ственности предпринимателей за увечья рабочих, полученные на фабри­ках. В 1848 г. в Англии был принят закон об устранении санитарных вредностей и предупреждении заболеваний. Работы Хорнера были про­должены английским врачом Джоном Саймоном. Саймон начал проводить санитарные  лабораторные  исследова­ния, но в его исследованиях преобла­дал описательный метод.    Саймон и его ученики во второй половине XIX века разрабатывали вопросы жилищ­ной, коммунальной и пищевой санита­рии, наметили улучшения в водоснаб­жении и канализации городов, созда­ли базу для английских   законов о жилищах и переполненных   зданиях, привели к отказу от тягостных для населения и дорогостоящих каранти­нов и освободили Англию от заноса эпидемий. Саймон показал необходи­мость института санитарных врачей. Английские санитарные врачи нача­ли составлять таблицы   смертности, которые помогали выяснять влияние трофессиональных условий    на дли­тельность жизни и смертность рабо­чих. Саймон и его ученики вскрыли 'язвы  капиталистического    общества, Макс Петтенкофср (1818—1901).Накопили огромное количество   фактов, рисующих  санитарные  условия труда и быта трудящихся   Англии, и разработали методики исследования по ряду разделов гигиены. Классо­вая принадлежность Саймона и его помощников к буржуазии сделала их неспособными довести наблюдения и исследования до логического конца и обусловили классовую ограниченноегь их обобщений и выводов. Саймон и его ученики не поняли зависимости исследуемых ими явлений от самой сущности капиталистического строя, не видели путей развития капитали­стического общества и считали возможным улучшить санитарные условия труда и быта и уменьшить заболеваемость и смертность рабочих без из­менений общественных условий.

РАЗВИТИЕ ГИГИЕНЫ В XIX ВЕКЕ2

Наиболее крупные экспериментальные работы по гигиене были про­ведены немецким врачом Петтенкофером и его школой. Макс Пет те н-кофер (1818—1901) прошел хорошую подготовку по химии у знамени­того немецкого химика Ю. Либиха и с 1847 г. в течение 18 лет препода­вал медицинскую химию в Мюнхенском университете. Будучи хорошо знаком с методами физики и химии, Петтенкофер с 1865 г. перешел в Мюнхене же на кафедру гигиены. Он существенно перестроил гигиену и разработал основную методику гигиенических исследований. Вместо прежних описательных характеристик факторов внешней среды Петтенко­фер применил к их исследованию методы физики и химии. Петтенкофер работал во многих областях гигиены: изучал влияние воздуха, воды, почвы на человеческий организм, обмен веществ при дыхании, определил содержание углекислоты в атмосферном воздухе, установил ее значение при дыхании. В области гигиены жилых помещений Петтенкофер изобрел метод, носящий его имя, для определения количества углекислоты в воз­духе помещений, изучал естественную и искусственную вентиляцию, установил обмен воздуха через стены, вентиляцию через одежду, иссле­довал отопление жилищ, значение сырости в помещении и разработал меры борьбы с нею. Петтенкофер изучал роль воды в передаче инфекций, работал над этиологией холеры и брюшного тифа, распространение кото­рых приписывал почвенным кодам. Исследования Петтенкофсра способ­ствовали развитию санитарии — устройству водопроводов, канализации, санитарному оборудованию жилищ. У Петтенкофера было много учеников и последователей в разных странах. Его нововведения отвечали потреб­ностям времени и широко распространились. Вместо прежнего курса ме­дицинской полиции, объединенного с судебной медициной, возникли самостоятельные кафедры экспериментальной гигиены. В 1865 г. Петтен­кофер создал такую кафедру в Мюнхенском университете.

Наряду с Германией Россия явилась одной из первых стран, где были созданы самостоятельные гигиенические кафедры, предусмотренные университетским уставом 1864 г. В 1865 г. Петербургская медико-хирургическая академия и медицинские факультеты Киевского и Казанского университетов вынесли решение об организации кафедр гигиены. В Пе­тербурге и Киеве с 1871 г. началось преподавание на этих кафедрах. Новые кафедры сыграли крупную роль в дальнейшем развитии гигиени­ческой науки.

Петтенкофер был типичным представителем нового течения в гигиене, основным достоинством которого являлось применение экспериментальных методов исследования. Однако исследования Петтенкофера создали в ги­гиене направление узкого техницизма, снижающего ведущую роль со­циальных факторов, а также не учитывающего роли человеческого орга­низма. Петтенкофер, его ученики Фойт, Рубнер и многие другие гигиени­сты в Западной Европе в своих работах по изучению климата, почвы, воздуха, воды, питания, одежды и т. д. стремились обосновать гигиени­ческие нормы с технической стороны. Главное внимание большинства западноевропейских гигиенистов было направлено на то, чтобы просле­дить влияние на здоровье человека внешних естественных факторов, при­чем мало учитывались социальные условия как этиологический момент санитарных вредностей. В большинстве гигиенических исследований не затрагивались социально-экономические факторы. Такое направление узкого техницизма в гигиене было поддержано буржуазной наукой и ча­сто не доучитывало роли социальных факторов. Представители этого на­правления возлагали на природные факторы ответственность за наруше­ние здоровья отдельного человека и коллектива. Рост революционной активности рабочего класса заставлял капиталистов всячески затушевывать истинные причины низкого уровня здоровья пролетариата. Вследст­вие этого узко аналитическое, санитарно-техническое направление в ги­гиене было преобладающим до конца XIX века и в капиталистических странах во многом остается таким до настоящего времени.

Новый этап в развитии гигиены начался с развитием микробиологии в последней четверти XIX века. С открытием патогенной роли микробов получили научное обоснование многие гигиенические мероприятия. Уста­новление болезненной роли микробов и развитие микробиологии под­крепляло эти воззрения. Для Коха и его последователей это было очень характерно. Применение микробиологии буржуазными гигиенистами уси­лило биологическое направление в гигиене и ее оторванность от социаль­ных условий.

В капиталистических странах гигиена ограничивается разработкой паллиативных  мер.Растущее рабочее движение и обострение социальных противоречии в эпоху империализма обусловили выделение социальной гигиены, которая ставила целью изучение состояния народного здоровья, причин заболеваемости и смертности и способов борьбы С ними. Социальная ги­гиена в капиталистических странах ограничилась анализом мероприятий, исходящих из необходимости сохранения капиталистического строя без коренных   его   изменений.

Развитие гигиены в России. Во второй половине XIX века в России одновременно с Германией получила развитие гигиена. Условия, способ­ствовавшие этому, были в основном те же, что и в других капиталистиче­ских странах: экономическое развитие страны, вступившей в средине XIX века в капиталистическую общественно-экономическую формацию, рост промышленности, увеличение населения в городах, успехи •естествознания, применение которых позволило давать гигиеническим факторам точное выражение, исследовать их количественно и качественно методами естественных наук. Высокая заболеваемость заразными болез­нями и смертность от них в России возбуждали вопрос об улучшении общественного быта в гигиеническом отношении и предупреждении этих болезней. Общественное движение в России и нарастание революцион­ного подъема после поражения в крымской войне, тяжелые санитарно-бытовые условия русского крестьянства, обусловившие начало револю­ционно-демократического периода русского освободительного движения, придавали особую окраску развитию гигиены в России во второй поло­вине XIX века и обусловили особые самобытные черты в деятельности большинства отечественных гигиенистов, резко отличавшие их от гигие­нистов западноевропейских стран.

Передовые представители русской интеллигенции в середине XIX ве­ка — революционные демократы — придавали большое значение вопросам гигиены. Д. И. Писарев в 1865 г. указывал: «Лучшие из современных медиков... полагают, что все усилия благоразумного человека должны направляться не к тому, чтобы чинить и конопатить свой организм, как утлую и дырявую ладью, а к тому, чтобы устроить себе такой рацио­нально-общественный строй, при котором организм как можно реже при­ходил бы в расстроенное положение и, следовательно, как можно реже нуждался бы в починке. Гигиена, или .изучение тех условий, которые необходимы для сохранения здоровья, приобретает в настоящее время преобладающее значение в глазах каждого мыслящего и сведущего че­ловека. Совершенное игнорирование гигиены с каждым годом становится менее возможным для всех разнообразнейших отраслей государственного хозяйства. Медики совершенно основательно присваивают себе совеща­тельный голос во всех вопросах, относящихся до народного продоволь­ствия, до производства общественных работ, до устройства мастерских, фабрик и разных других промышленных заведений» \

Русские гигиенисты, будучи тесно связаны в своей научной работе с физиологами, химиками и другими представителями естествознания, в некоторых случаях придя в гигиеническую лабораторию из физиологи­ческой или химической лаборатории, никогда не замыкались в узкие рамки лабораторной техники в отличие от ряда западноевропейских ги­гиенистов. Большинство их было связано с широкими кругами лечащих врачей-клиницистов и с практическими санитарными работниками «а местах, в земствах и городах. В. В. Святловский в 1882 г. писал: «..Ли-гиена как наука должна перестать заниматься изображением какой-то идеальной, нормальной жизни, которая ни для кого и нигде не сущест­вует, а обязана посвятить себя исследованию тех санитарных условии быта, которые существуют в реальности. Вопросы санитарные, как изве­стно, тесно связаны с вопросами экономическими или, вообще говоря, с вопросами социальной науки»

 А. П. Доброславин (J842—1889).

тенкофера, но и создали свое, новое по­нимание гигиены как науки и практиче­ской деятельности, отличное от западно­европейского понимания путей развития и методов гигиены. Ф. Ф. Эрисман с са­мого начала придал русской гигиене общественный характер, которого не знала гигиеническая наука и практика других стран. Это резко отличало оте­чественную гигиеническую науку от за­рубежной. Социальная направленность русских гигиенических школ проявилась в обширных санитарно-статистических исследованиях здоровья населения и общественно-санитарной деятельности санитарных врачей.

Алексей Петрович Добро­славин (1842—1889) в 1865 г. окон­чил Петербургскую медико-хирургиче­скую академию и в 1869 г. защитил диссертацию на тему «Материалы к физиологии метаморфоза». После этого он работал по физиологии, химии и ги­гиене в Париже и Мюнхене. С 1870 г. до смерти был профессором гигиены в Медико-хирургической академии. Им составлены первые в России оригинальные учебники по гигиене, основанные на экспериментальных исследованиях. А. П. Добросла­вин выступал против виталистических воззрений: «Физиологии мы обязаны тем, что аля нас не существует более жизненной силы, которой так недавно объяснялось все живое. Понятие о жизненной силе уступило место убеждению в том, что все растительные жизненные процессы со­вершаются по общим для всей природы законам физики и химии». Вместе с тем материализм А. П. Доброславина оставался механистическим. «Итак,^ существует полное сходство между механической работой, совер­шаемой физиологическими процессами, и работой простых машин». Чело­веческое тело А. П. Доброславин называл «совершенной машиной».

А. П. Доброславин правильно оценил положительные стороны экспе­риментальной гигиены, овладел новыми методиками гигиенических иссле­дований и широко их применял. Однако, исходя в основном из тех же естественнонаучных предпосылок, что и современные ему западноевропей­ские гигиенисты, из успехов физики, химии и физиологии, А. П. Добро­славин ставил перед гигиеной в первую очередь широкие общественные задачи. Он писал: «Гигиена дает свои советы и предписания общине, це­лым группам народонаселения. Таким образом, помощь, оказываемая ги­гиеной, имеет общественный характер. Нет возможности устранить болез­нетворные влияния внешней среды, не действуя сразу на целое народона­селение».

РАЗВИТИЕ ГИГИЕНЫ В XIX ВЕКЕ3

Кроме педагогической деятельности, А. П. Доброславин проводил сам, организовывал и руководил исследованиями по многим разделам гигиены: питания, коммунальной, школьной, военной. А. П. Доброславин много занимался вопросами охраны здоровья больших групп населения, крестьянства и малообеспеченных слоев населения городов, изучал про­дукты питания, составлявшие главную пищу этих групп населения (грибы, кислая капуста, каши из круп, квас). Он провел исследование по оздоров­лению населенных мест—водоснабжению, канализации,   жилищам,   уча­ствовал в противоэпидемических и общесанитарных мероприятиях, усо­вершенствовал дезинфекционную аппаратуру.

А. П. Доброславин допустил серьезную ошибку в понимании взаимо­отношения гигиены и лечебной медицины. Основной организационной мыслью его было признание необходимости разделения лечебной медици­ны и гигиены. Он писал: «Здравоохранение (т. е. в понимании А. П. Доб-рославина гигиена. — М. М.) .. .вовсе не должно быть причисляемо к по­рядку медицинских знании. Это невольная связь с медициной едва ли при­носит здравоохранению много пользы... «Здравоохраненный (т. е. санитар­но-гигиенический) персонал должен быть строго отделен от медицинского и нет безусловной надобности для прочного гигиенического образования быть медиком». Противоположной была позиция Ф. Ф. Эрисмана, настаи­вавшего на необходимости тесной связи лечебной медицины и гигиены.

Федор Федорович Эрисман (1842—1915), швейцарец по происхождению, окончил медицинский факультет в Цюрихе, увлекся рево­люционно-демократическими идеями русских студентов, обучавшихся в Швейцарии, и в 1869 г. приехал в Россию. Здесь он вошел в тесную связь С передовыми общественно-медицинскими кругами. Многосторонняя научная деятельность Ф. Ф. Эрисмана была тесно связана с практической жизнью. По приезде в Россию он работал в Петербурге как окулист. Исследуя зрение у школьников, он установил влияние школьных условий на разви­тие близорукости, и предложил особую школьную парту (до настоящего времени широко известную под названием парты Эрисмана). В Петербурге же Ф. Ф. Эрисман провел обследование жилищных условий в квартирах подвальных этажей и ночлежных домах. Почувствовав при этих исследо­ваниях недостаточность своей подготовки в области гигиены, Ф. Ф. Эрис­ман ознакомился с методами гигиенических обследований у Петтенкофера и Фойта. В эти же годы он опубликовал крупные пособия и много статей по гигиене В своих работах Ф. Ф. Эрисман четко определил ближай­шую цель гигиены: исследовать влияние на человека всевозможных явле­ний природы, действию которых он непрерывно подвергается, далее — влия­ние той искусственной обстановки, в которой он живет вследствие своего социального положения, и, наконец, найти средства для смягчения действия всех неблагоприятных для организма человека условий со стороны приро­ды и общества. Переехав в Москву в 1879 г., Ф. Ф. Эрисман работал в санитарной организации Московского губернского земства, в Московской городской санитарной организации и с 1882 по 1896 г. был профессором гигиены на медицинском факультете Московского университета.

Ф. Ф. Эрисман вместе с Е. М. Дементьевым и А. В. Погожевым про­вел обширное санитарное обследование 1080 фабрик Московской губернии с 114 000 рабочих. При обследовании ставились задачи не только описать санитарное состояние промышленных предприятий, но и наметить практи­ческие мероприятия для улучшения жизни рабочих, хотя проводившие обследование ясно сознавали трудность осуществления нужных мероприя­тии при господствовавшей тогда безудержной эксплуатации. Ф. Ф. Эрис­ман писал: «До настоящего времени фабрики и заводы являются исклю­чительным царством владельцев..., где царствует воля одного, не призна­ющего на территории своего заведения никаких законов и правил, кроме тех, которые он сам предписывает». В своих исследованиях Ф. Ф. Эрисман и его помощники обследовали условия быта рабочих и их семей, состав рабочих, условия найма, продолжительность рабочего дня, заработную пла­ту, условия жилища и питания. Рабочие и члены их семей были подверг­нуты    антропологическому   об­следованию.   При    определении состава фабричных рабочих осо­бенно подробно выяснялся воп­рос, связан ли фабричный рабо­чий    с   сельским     хозяйством («связь с землей», как говори­ли в то время) или стал полно­стью наемным   рабочим. Тогда этот вопрос имел большое поли­тическое  значение,  ибо первые русские марксисты вели споры с народниками о развитии капи­тализма в России и зарождении пролетариата    в нашей стране. Ф. Ф. Эрисман пришел к выво­ду,  опровергавшему  положение народников    об   отсутствии    в России условий   для  создания пролетариата.   Он  писал: «Мы здесь имеем дело   в   огромном большинстве   случаев с настоя­щим   рабочим   сословием,   так сказать с исконными, а не слу­чайными   фабричными    рабочи­ми».    «Плохое санитарное    со­стояние,  в котором    находится фабричное  население  в  настоя­щее время, не безусловно связано с промышленым трудом, а зависит лишь от тех неблагоприятных условий, в которые современная цивилизация по­ставила этот труд, вполне представляя его  безграничной эксплуатации со стороны алчных и корыстных предпринимателей».   «Вовсе не промыш­ленность сама по себе, как бы в силу закона природы, подрывает народ­ное здоровье и обусловливает высокие цифры смертности, а во всем этом виноваты те невыгодные экономические условия,   в которые   поставлены рабочие современным способом производства». Обследование фабрик и за­водов Московской губернии дало обширные материалы, которые в печат­ном виде заняли 19 томов (более 6000 стр.) и обрисовали положение ра­бочих в России. Как эти подробные материалы, так и написанная по этим материалам соратником Ф. Ф. Эрисмана врачом Е. М. Дементьевым книга "Фабрика, что она дает населению и что она у него берет» имели важное общественно-политическое значение. Точные сведения об условиях труда и быта рабочих, полученные Ф. Ф. Эрисманом, использовались    в    целях пропаганды в первых русских рабочих марксистских кружках.

Ф. Ф. Эрисман правильно понимал сущность, цели и задачи гигиены Он писал: «Пользу могут принести только мероприятия, улучшающие санитарные условия целых групп населения или всего народонаселения... Здоровье отдельной личности представляет собой лишь часть обществен­ного здоровья... В природе человека не заключается никаких оснований к тому, чтобы признать болезнь человека неотвратимой роковой необходи­мостью... Человеческая смертность находится в теснейшей связи с несовер­шенством нашего жизненного строя». Исходя из этих положений, Ф. Ф. Эрисман указывал на недостаточность предложений возглавлявшей­ся С. П. Боткиным комиссии по вопросу уменьшения смертности в Рос­сии (1887). Он писал: «Нам неизвестно никаких таких средств, никаких специально-санитарных панацей, которые сами по себе, без благоприятных условий прогресса культуры и даже вопреки им могли бы разом и значи­тельно улучшить народное здоровье в стране, тем более такой обширной и малонаселенной, как Россия с ее известным крайне низким уровнем народного достатка, слабо развитой производительностью, сильной подав­ленностью населения и пр.». «Нищета — наиболее генеральное бедствие русского народа, и как ни важны те или иные санитарные влияния на здо­ровье нашего населения, но они весьма часто подавляются влиянием еще более мощного экономического фактора».

Ф. Ф. Эрисман настаивал на тесной органической связи научной ги­гиены и практической санитарной деятельности. «Научный характер обще­ственной гигиены нисколько не страдает от того, что она до некоторой сте­пени привлекается и к практической деятельности, если только эта прак­тика основывается не на произвольных действиях отдельных личностей, а на прочной научной и объективной почве». Со стороны Ф. Ф. Эрисмана встречали решительное возражение попытки противопоставить гигиену научную (экспериментальную) и общественную, как якобы не носящую научного характера. «Я не разделяю этого взгляда: я не допускаю отделе­ния общественной гигиены от научной, а понимаю только разделение гигиенической науки как одного целого на экспериментальную и обще­ственную гигиену, причем за второй признаю такое же научное значение, какое имеет гигиенический эксперимент. Очевидно, что это две стороны одной и той же науки, взаимнодополняющие друг друга, а в сущности со­ставляющие одно целое».

Ф. Ф. Эрисман возражал против высказываний А. П. Доброславина об отделении гигиены от лечебной медицины. Спор между этими крупнейшими представителями гигиенической науки имел большое прин­ципиальное значение и не потерял своей актуальности до настоящего вре-vemi. А. П. Доброславин писал: «Для идеально полного образования специалиста по гигиене необходимо изучение такого количества предметов, что совместить все это с изучением не меньшей массы предметов меди­цинской области знаний нет возможности... Правда, лучшим гигиенистом мог бы быть, соответственно пополнив свое образование, врач, но из этого не следует, чтобы не могли быть гигиенистами люди, не получившие пред­варительной медицинской подготовки». Других взглядов придерживался Ф. Ф. Эрисман: «Я положительно не могу согласиться на совершенное отделение гигиены от медицины и на противопоставление гигиены в меди­цине в качестве отдельной отрасли знания, не имеющей, так сказать, родовой связи с медициной и стоящей особняком и параллельно с послед­ней... Если же признать гигиенистами тех физиков и химиков, которые временами, между прочим, занимаются вопросами, близкими санитарной науке, то этим совершенно нарушится принцип, положенный нами в осно­вание всех гигиенических исследований и гигиены вообще, — связь изучае­мых явлений со здоровьем человека, ибо едва ли может судить о влиянии какого-либо внешнего фактора на организм лицо, не получившее медицин­ского образования... Следовательно, отделение гигиены от ее исходной точ­ки, от человеческого организма, уничтожение органической связи с ме­дициной было бы, в моих глазах, крайне опасной операцией, могущей иметь весьма печальные последствия для дальнейшего правильного разви­тия гигиенического знания. Поэтому я считаю гигиену самостоятельной наукой, имеющей свои собственные задачи и цели и нераздельно связан­ной с медициной».

ради которого и трудиться не стоит. Вы увидите, что тогда и эксперимен­тальная разработка гигиенических вопросов потеряет большую часть своей привлекательности, ибо оригинальность и самостоятельность за ней могут быть признаны лишь постольку, поскольку она относится к иссле­дованию тех факторов, которые так или иначе влияют иа здоровье чело­века как общественной единицы... Лишите гигиену ее общественного ха­рактера, и вы нанесете ей смертельный удар, превратите ее <в труп, ожи­вить который вам не удастся никоим образом».

Практика санитарного дела подтвердила правильность точки зрения Ф. Ф. Эрисмана. И в настоящее время нередки попытки сведения гигиены к санитарно-гигиеническим мероприятиям. Знание методов гигиенических исследований обязательно для врача, но и они должны «отталкиваться» от основного объекта изучения гигиены — живого человека, а не носить характера исследования мертвой, оторванной от человека внешней среды.

В связи со студенческими «беспорядками» в 1896 г. Ф. Ф. Эрисман был уволен из Московского университета и был вынужден уехать из Рос­сии на родину. Живя в Швейцарии, он продолжал переиздавать в России свои труды. В последующих выступлениях за границей на съездах и в пе­чати Ф. Ф. Эрисман говорил о значительных преимуществах русской общественной санитарии и общественных традициях русских врачей перед врачами других стран. Оценивая его деятельность, Н. А. Семашко писал, что Ф. Ф. Эрисман оставил неизгладимый след в истории развития гигие­ны, что ряд основных положений, заложенных Ф. Ф. Эрисманом в гигие­нической науке и практике, остаются незыблемыми и в настоящее время Больше того, только в советских условиях удается проводить то, что про поведовал и о чем мечтал Ф. Ф. Эрисман. «Многие из положений, кото рые он отстаивал при жизни, не потеряли своего значения и в настоящее время»,— писал Н. А. Семашко.

Значение земской медицины в России для развития медииинског науки. Глубокие экономические и социальные процессы, происходившие России в середине XIX века, явились причиной возникновения и развити: во второй половине XIX века земской медицины. Отмена крепостног права, вызванная экономическим и общественным развитием страны, резко стимулировала развитие капиталистического способа производстве В связи с усилением капиталистических отношений значительно возросли потребности как городского, так и сельского населения во всех жизненны сферах, в том числе и потребности в медицинской помощи. Растущие потребности сельского населения в медицинской помощи даже в минимально мере не могли быть удовлетворены теми ее формами, которые существов; ли в доземский период в виде учреждений приказа общественного признания. Жизнь настоятельно требовала новых организационных форм медт цинской помощи сельскому населению.

Земства приняли от приказа общественного призрения немногочисленные медицинские учреждения, преимущественно больницы в губер: ских и уездных городах. При введении земства медицинская деятельное была отнесена к его «необязательным повинностям». Эпидемии оказа; влияние на развитие форм земской медицины, вынудили земства приглашать врачей. Основные элементы земской медицины в развернутой схе: к концу XIX века состояли из следующих звеньев: 1) сельская участковая больница, 2) уездный и губернский санитарный врач (бюро), 3) уез ный и губернский санитарный совет, 4) уездный и губернский съезд зе ских врачей. Земской медициной была разработана оригинальная фор сельского здравоохранения в виде сельского врачебного участка с бесплат­ной в основном медицинской помощью и сетью приближенных к населе­нию медико-санитарных учреждений (земские больницы, амбулатории, фельдшерские и акушерские школы, санитарная организация). Основу сельского здравоохранения составил сельский врачебный участок.

Земская медицина сыграла прогрессивную роль по сравнению с ее предшественницей — медициной приказа общественного призрения. Пред­ставляя своеобразную систему организации медицинской помощи сельско­му населению 34 губерний, земская медицина явилась крупным шагом впе­ред, новым оригинальным явлением не только в нашей стране, но и не имевшим равного себе в других странах. Земская медицина была само­бытным, значительным общественным явлением отечественной культуры периода развития капитализма в России, единственным в истории приме­ром организованной медицинской помощи сельскому населению в условиях капитализма. Русская земская медицина, имевшая ряд существенных недо­статков, в целом представляла передовую форму организации медицин­ского дела в сельских местностях по сравнению с состоянием его в других странах.

Гигиеническая комиссия Лиги наций в 1939 г. после работы специаль­ной комиссии предложила как рекомендуемую для устройства в различных странах систему организации медицинской помощи сельскому населению и в своих рекомендациях дословно повторила основные черты земской ме­дицины. Лучшие гигиенисты всех стран капиталистического мира к 1938 г. не смогли для условий капитализма дать ничего лучшего, как рекомендо­вать основные положения земской медицины. Отметив это, Н. А. Семашко писал в 1947 г. «Таким образом, участковый принцип, впервые применен­ный в нашей стране земской медициной еще в дореволюционное время, должен был получить международное признание». Заслуга    применения;, этого принципа на практике принадлежит нашей стране. Советское здраво-3 охранение продолжило это здоровое начало, радикально улучшив примем нение этого правильного принципа.

Советская система медико-санитарного обслуживания сельского на­селения качественно отличается от земской медицины. Советская система медико-санитарного обслуживания сельского населения, построенная после Великой Октябрьской социалистической революции на принципиально но­вых основах, критически восприняла и использовала участковый принцип земской медицины.

Кроме оказания непосредственной медицинской лечебной и санитар­ной помощи населению, передовые деятели земской медицины провели многочисленные исследования, дали санитарные описания местностей, из­учали заболеваемость населения, обследовали и описали жизнь и труд крестьян, сельскохозяйственных батраков в южных губерниях, кустарей, рабочих на фабриках, расположенных в сельских местностях, обследовали школьников, распространяли гигиенические знания.

Своими запросами и нуждами земские врачи оказали влияние и на развитие клинических медицинских спецальностей, в первую очередь хи­рургии и акушерства. Передовая часть ученых-медиков (хирурги П. И. Дья­конов, Н. В. Склифосовский, акушер-гинеколог В. Ф. Снегирев и др-) систематически оказывали помощь земским врачам, помогали им в повы­шении знаний и специализации, прислушивались к их запросам, отвечая на эти запросы, строили тематику своих научных исследований, учитывая те заболевания, которые часто встречались у населения, и необходимость разработки мер к борьбе с ними.

Большой вклад в науку внесла земская санитарная статистика. Рабо­ты земских санитарных статистиков многочисленны и разнообразны: они

касались вопросов санитарного состояния отдельных местностей, демографии, заболеваемости и физического развития населения, условий труд; фабрично-заводских и сельскохозяйственных рабочих, кустарей и т. п Важное значение имели санитарно-статиетические исследования заболеваемости населения и исследования детской смертности. Земская санитар ная статистика впервые в мире начала изучать заболеваемость. В. И. Леши высоко оценил ряд работ земских врачей, в частности изучение сельско-хозяйственного труда и статистические исследования.

Наряду с этим В. И. Ленин отметил слабые стороны этих работ объяснявшиеся главным образом пережитками идеологии народничеств; у их авторов.

В земской медицине получила яркое отражение передовая черта отечеетвенной медицины — ее санитарно-гигиеническая, профилактическая на правленность. Общественно-санитарное направление характеризовало деятельность лучших представителей земской медицины. Передовые иде! профилактики были распространены в трудах и деятельности многих земских врачей. Однако было бы неверно считать, что земская медицине с достаточной глубиной и последовательностью обосновала и тем боле! осуществила профилактический принцип. Профилактика в понимании зем ских врачей и профилактика в советском понимании принципиально от личны друг от друга. Земская медицина носила половинчатый, реформист ский характер. Находясь под значительным влиянием народнической идео логии, многие земские врачи оставались мелкобуржуазными культурни ками. Они не поняли необходимости сочетания задач борьбы за здоровы народа с общеполитическими задачами борьбы пролетариата за свержени самодержавия.

В связи с ростом рабочего революционного движения в России i 80—90-х годах в среде земских врачей произошла заметная дифференциа ция. Меньшинство примкнуло к пролетарскому движению, большинстве врачей превратилось в культурников, не понимавших истинных путей об щеетвенного развития и задач политической борьбы, ограничивавших круги своих задач мирной культурной деятельностью, «в рамках, дозволенны? самодержавием». Даже лучшие земские врачи, говоря о значении сани тарно-гигиенических профилактических мероприятий, настойчиво боролись за их осуществление, стояли на позициях реформистской профилактики не связывали задач профилактики с широкими социально-гигиеническим! мероприятиями, проведение которых немыслимо без коренного переустройства общества. В проведении оздоровительных мероприятий они не опирались и в условиях царского режима не могли опираться на широкие массы трудящихся. Земскую медицину подробно охарактеризовав 3. П. Соловьев в 1914 г. в статье «Пятидесятилетие земской медицины» 1 Указав, что путь земской медицины был тяжелым, изобилующим трения­ми и препонами, представлял «вечную войну в совершенно мирном деле» где «всюду каждый шаг вперед оплачен ценой долгих усилий, похожих на какую-то осаду», 3. П. Соловьев признал, что «зигзагами прокладывала себе дорогу земская медицина». Он закончил свою статью пророческий предсказанием: «Здание земской медицины, в каждом камне которого чувствуется затраченная энергия его строителей — земских медицинских работников, стоит недостроенное и ждет настоящего хозяина, который за­вершит его достойным образом, пользуясь опытом строителя, привлекая все  живые   творческие  силы».

Великая Октябрьская социалистическая революция осуществила эти предвидения 3. П. Соловьева.

Взято с сайта http://www.historymed.ru



Смотрите также:Вся аналитика (117)
Вся аналитика по этой теме (10)
Аналитика в формате RSS


Вход для компаний


Логин:
Пароль: Забыли?

Руководство по работе с порталом

MyMed